На правде стой (napravdestoy) wrote,
На правде стой
napravdestoy

Categories:

У них одна на всех судьба..

Герои подземного гарнизона защитников Керчи


06.11.2019
В пяти километрах от Керчи находится поселок Аджимушкай (с тюрк. – «серый камень») и древние каменоломни.
Люди веками добывали тут известняк-ракушечник для строительства города: сначала открытым способом в карьерах, потом научились пилить каменные глыбы под землей.

Так образовались просторные подземные залы и переходы.



Общая их протяженность около 100 км, но во многих местах они обрушились. До войны входы в каменоломни были большие, туда свободно заходили конные повозки, вагонетки.


И вот здесь, в этих мрачных катакомбах, с мая по октябрь 1942 года отчаянно сражался и умирал многотысячный красноармейский гарнизон.



О нем сегодня наш рассказ…




Ныне на окраине поселка Аджимушкай открыт музей подземной обороны. У главного входа установлена многофигурная скульптурная композиция.

В одном решительном марш-броске замерли на века моряк, и раненый боец, и мальчишка-подросток, и суровый командир.



Сегодня ничто не нарушает покой тех, кто нашел здесь  последний приют. Вокруг очень тихо, только ветер колышет ковыль.
В катакомбах темно и холодно. Известняк зимой и летом держит температуру +7. Когда спускаешься в кромешную тьму, ощущение жути само заползает за воротник.


Как могли люди жить здесь, не видя друг друга, но слыша стоны раненых и плач детей, невыносимо страдавших от голода и жажды?
Сколько духовных и физических сил надо, чтобы в этих условиях продолжать сопротивление!

…Немцы начали наступать на Керчь 8 мая 1942 года и уже в середине месяца взяли город. Войска Крымского фронта вынуждены были эвакуироваться на Таманский полуостров. А часть их, прикрывавшая отход и переправу, оказалась отрезанной: за спиной – море, впереди – враг.



Это были остатки 83-й бригады морской пехоты, 95-го погранотряда, Ярославского авиаучилища, Воронежского училища радиоспециалистов и др. Примерно 10 тыс. бойцов и 3 тыс. мирного населения спустились в Большие Аджимушкайские каменоломни. Командование подземным гарнизоном принял полковник Павел Ягунов (1900–1942).

Малая надежда продержаться до прихода своих все же была. В Крыму еще сражался Севастополь, а недалеко от Керчи, через пролив, находилась большая земля – Краснодарский край.


Оттуда тоже могла прийти подмога. Кроме того, под землей оставались склады продовольствия и оружия Крымского фронта. Больше всего было чая, сахара и телефонного кабеля (впоследствии он очень пригодился для освещения), а вот всего остального катастрофически не хватало. Особенно воды!
На поверхности у главного входа сохранялся колодец, но немцы день и ночь держали его под прицелом пулеметов, расстреливая каждого, кто пытался подойти. За водой с боем прорывались специальные команды водоносов. Пока одни вели перестрелку, другие под огнем набирали воду в ведра и бегом несли в подземелье.


За воду платили жизнью.


Однажды команда водоносов не вернулась, немцы расстреляли всех. Та же участь постигла и другую команду. Тогда молодая девушка-санинструктор в белом халате взяла два ведра и открыто, под прицелом врага пошла к колодцу. В нее не стали стрелять. Она сходила второй раз, а в третий идти не пришлось. Враги взорвали колодец.
Тем временем защитников каменоломен ждала новая беда. В ночь на 25 мая к нескольким входам были подогнаны газонагнетательные машины, и в подземные коридоры под высоким напором пущен отравляющий газ.


Атака была внезапной и привела к гибели нескольких тысяч бойцов и мирных жителей. На Большую Землю полетела радиограмма: «Всем! Всем! Всем! Всем народам Советского Союза! Мы, защитники Керчи, задыхаемся от газа, умираем, но в плен не сдаемся».
Это была первая и последняя успешная газовая атака немцев, больше таких ужасных потерь не было. Бойцы создали себе надежные газоубежища: сшили плотные завесы из одеял, брезента, шинелей и перегораживали ими обширные тупиковые штольни, отсиживаясь в них, пока шел газ. Лишь боевое охранение с противогазами дежурило у входа в штольни. Не решаясь соваться под землю, немцы кидали и дымовые шашки с отравляющими веществами, но наши бойцы наловчились выкидывать их обратно.


О подземном гарнизоне, действующем в пригородах Керчи, докладывали Гитлеру. В своей обычной истеричной манере он вопил, требуя «покончить с этими фанатичными комиссарами, засевшими в подземельях». Выполняя приказ, немцы продолжали методично закачивать в каменоломни газы. Начинали в 8 утра, потом был перерыв, а вечером качали снова, уже до темноты.

Однажды наши услышали в подземелье странные звуки, будто сверху что-то бурили. И вскоре последовал страшный взрыв – враги взорвали мощную авиабомбу. Под обломками каменных сводов погибли все, кто в тот момент там находился. Тогда была создана специальная команда «слухачей». День и ночь они прослушивали, где немцы бурят новую скважину, и тут же принимали меры по эвакуации.

После первых газовых атак, проведенных немцами, несколько тысяч человек, задыхаясь, покинули каменоломни. Ушли почти все мирные жители. Штаб обороны не возражал: пусть у них будет хоть какой-то шанс выжить, а под землей кормить их все равно нечем.


В штольнях осталось примерно 3 тыс. военных – голодных, истощенных, едва способных держать оружие, но не сломленных духом.

Почти каждая вылазка на землю (в разведку, за водой, попытка отбить немецкую кухню) оканчивалась чьей-то гибелью и ранениями. Но даже истекая кровью, теряя сознание, раненые ползли назад, в катакомбы. Зачем?! Ведь знали: хозяйка там – смерть. Уже нет ни воды, ни еды, ни лекарств, ни надежды на помощь своих. Смысл их возвращения был только один: держаться вместе до последнего вздоха. Все-таки там, во мраке, оставалась наша земля, а наверху, где солнце, – она была захвачена врагом.

С кромешной тьмой еще как-то можно было свыкнуться, но жажда была нестерпимой – куда тяжелее, чем муки голода. В некоторых местах на стенах сочилась вода. Бойцы припадали к ней губами и высасывали холодные капельки. Обнаружилось, что так ее можно собирать.


Были созданы специальные команды «сосунов», которые набирали ее в котелки для раненых. Это была напряженная и мучительная работа – часами стоять, задрав голову кверху и припав ртом к каменному потолку. Губы страшно разъедало, они все время болели, и невыносимо хотелось пить. Хуже того, в дыхательные пути попадали крошки известняка, что вызывало надрывный кашель и воспаление легких.

…В конце октября 1942 года немцы поняли, что под землей уже никого нет, и предприняли штурм.

В штольнях нашли 5-6 умиравших бойцов. Они уже не могли сопротивляться. Гарнизон погиб, не дождавшись Победы.


Последним покинул каменоломни 15-летний Михаил Радченко. Чудом ускользнув от смерти, он прожил долгую жизнь и стал главным хранителем памяти героев Аджимушкая:

Если бы тогда на 15 минут запечатлеть кино и показать сейчас трагическую картину жизни подземного гарнизона, никто бы не досмотрел до конца.


Вот в каких условиях мы сражались! Гарнизон погиб, выполнив свой долг, и его участники заслужили то, чтобы им воздали почести. Всякая война требует жертв.


Если бы мы сдались в Брестской крепости, в Ленинграде, под Москвой, что было бы сегодня?


Люди, помните: никому из нас не хотелось умирать, но на войне кто-то должен погибнуть во имя того, кто продолжит жить. Могилы, оставшиеся с войны, нам шепчут: у людей, которые там лежат, нет персональных судеб. У них одна на всех судьба...

Подготовил Евгений Полевой

Tags: ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА, ВЕЧНАЯ ПАМЯТЬ, ВОИНЫ - ГЕРОИ, ЗАЩИТА ОТЕЧЕСТВА
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments